[2,031 зомби]

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

[2,031 зомби] > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Позавчера — пятница, 14 декабря 2018 г.
- бeлый снeг 22:28:37
каждый год - это чудо; каждый день - это праздник.


С возрастом начала понимать, насколько важно вовремя уйти. И речь не только о каких-то обстоятельствах, когда не уйти означает просто "быть дураком и любить делать себе больно", а о том, когда всё прекрасно, празднично и ярко, и смотреть - не насмотеться и дышать - не надышаться, но... Вот тут особенно важно встать и вовремя уйти. Не затягивать праздник. Иначе увидишь, как по остаткам роскошного обеда начинают ползать мухи, а у принцесс отклеиваются ресницы, падают прямо в жирными кругами исходящий суп. В этом крохотном шажке, маленьком жесте - уметь вовремя отступить назад, сохранив в сердце воспоминания о красоте и свете - кроется очень важный навык, который оттачивается путём частых повторений и, на первый взгляд вовсе не заметен. Когда ты вовремя уходишь - ты больше ценишь мгновения до. И ты точно знаешь, что такое уже не повторится. Так - уже не будет. Будет иначе. Не менее хорошо наверняка. Но так же точно - уже никогда. И это знание спасает от совершения классических глупостей, вся суть которых (иногда неявно) сводится к попыткам это прошлое вернуть. Так, например, люди ходят по граблям кругами, впутываются в отношения с одинаково деструктивными личностями и не понимают - почему опять? И не могут отпустить ту, "самую первую любовь", ту, "которая больше никогда не повторится". Или раз за разом летают в отпуск в одно и то же место, надеются вернуть себе атмосферу той влюблённости в Ялте 1998 - а на свете так много мест, которые могут оказаться в сто раз лучше. И случаются там вещи ещё более интересные. Почему бы не попробовать?..

Правда в том, что всё проходит. И плохое, и хорошее. И всё это нужно принять, не устраивать трагедии. Жизнь - только сейчас; жизнь - настоящая - она как монетка, которая ещё летит в воздухе и не упала пока ни орлом, ни решкой, ни встала ребром. И у нас есть только это "сейчас", когда монетка подброшена. Она никогда не падает, понимаешь.

Категории: Жизнь
День 1 Cat Vasilii.Sally 07:24:17
Утро первого дня началось в 5:00 утра. Я редко встаю в такое время, но громко работающий телевизор транслировал какую-то детскую сказку.Скажу честно, озвучка была отвратительной и от голоса, который до сих пор стоит в ушах тошнит даже больше, чем от пищевого отравления.

Как всегда школа и выпускной класс. Попытка не умереть и сдать профильную математику. Попытка выразить своё мироощущение грубым матом, только так, чтобы учителя не услышали. В тысячный раз повторюсь:"Самая убогая и отвратная школьная жизнь ожидает отличников".(заявля­ю на своём примере"

Едва не засыпая отсидела пять уроков. Чертовски скучно. К сожалению, накрылся факультатив по обществу.

Долго думала насчёт того, стоит ли идти в город ради скидок на книги, но всё же пошла(прикупила четыре книжицы). Честно, была крайне удивлена увидеть в городе живого и здорового учителя общества. Этот петушара, просто прогуливает уроки, а страдаем из-за него мы. Ненавижу всю эту систему образования. С тем же успехом я могла бы обучаться и дома, это было бы не так напряжно.

Также я пытаюсь соблюдать диету. Моё расстройство пищевого поведения день за днём только прогрессирует, поэтому нужно что-то делать. Хочется видеть себя максимально тощей с болезненным выражением на лице. В этом есть своя эстетика. А пока, я просто сокращаю объём порций

Питание до 15:00

На мой взгляд съела достаточно много.Утро:Чай, две конфеты. Обед:Греча, 2 бутерброда, Кружка молока и 5 сухариков. Радует только то, что сегодня нет булимии. Пересилила себя и прошла мимо аптеки. До ужаса хотелось купить бисак...

Сейчас в планах уборка в комнате, но для начала стоит немного отдохнуть.


­­ ­­
четверг, 13 декабря 2018 г.
Его глаза холодны, Они глядят сквозь стекло. И будто мера длины, По... panda21 12:42:50
Его глаза холодны,
Они глядят сквозь стекло.
И будто мера длины,
По пальцам время стекло.
Слабеют все голоса,
И в мышцах плещется боль,
Когда в ночных небесах
Летит воздушный король.
Где королевство его,
Не помнит даже он сам.
Он не от мира сего,
Он верит песням и снам.
Он рубит корни у скал,
Он пляшет в топях болот.
Он - тот, кто жил и устал.
Он - убывающий год.
Его проклятие – день,
Его спасение – ночь.
Дорожный плащ его - тень.
Он до бесед не охоч.
В том уголке, где темней,
В несоблюдении доль,
В нагроможденьи камней
Живет воздушный король.
Его походка быстра,
Его движенья просты.
Он укрощает ветра,
Он ловит их за хвосты.
Считает он в темноте
Осколки лунных монет,
И дарит их пустоте -
Последней тысяче лет.
И не спасет от него
Мерцанье тусклое свеч.
Он - завершенье всего,
И он соткет свою речь.
Из трепетанья ресниц
И сопряжения воль.
И душу лапками птиц
Возьмет воздушный король.
Ты не умел одного –
Сражаться и проклинать.
И ты забудешь его,
Но он вернется опять.
Нальет столетний коньяк,
Разгонит в снах воронье,
Возьмет в уплату пустяк -
Лишь вырвет сердце твое.
Ты не умел одного –
Сражаться и проклинать.
И ты забудешь его,
Но он вернется опять.
Нальет столетний коньяк,
Разгонит в снах воронье,
Возьмет в уплату пустяк -
Лишь вырвет сердце твое...
среда, 12 декабря 2018 г.
Хватит преследовать или вернись Пинаcolada 19:21:47
­­ Иногда утром холодный воздух перемешан с разными запахами:
мороз, табак, выхлопы, одеколон... Последний становится моим преследователем.
Пока я иду по сонным улицам, глаза блуждают от витрины к витрине, от прохожего к
прохожему. Ещё секунда, и они замирают в недоумении. Я слышу как ты зовёшь меня,
иду точно оглушённая, и опустевшие глаза смотрят вперёд - я жду где ты появишься:
из-за угла или из-за спины... А может ты уже передо мной? Но это лишь запах. Запах
одеколона. Он хватает меня за плечи, заставляет развернуться, прижаться к источнику.
После осознания того, что тебя нет, нахлынывает смесь чувств, которые мне так ненавидимы
- гнев и тоска. Снова кто-то "набрызгался" твоим одеколоном, и снова я на секунду
будто была в шаге от ТЕБЯ.

Music: Filous feat. Jordan Lser - Shaded In
. EQLB 04:30:02
https://en.wikipedia­.org/wiki/Great_Paci­fic_garbage_patch
вторник, 11 декабря 2018 г.
ачивка гений скрытности завести в раннем детстве е-мэйл " привязать к... кадаверус 15:25:21
ачивка гений скрытности
завести в раннем детстве е-мэйл
"
привязать к нему настоящее имя и фамилию
"
проебать симку, к которой привязан е-мэйл
"
теперь мои имя и фамилия увековечены навсегда
... Woriсk 11:39:54
нихера не понимаю
на каких-то фото выгляжу, как супер мега ворвайлд хэндсом модель красотка бомба чика клубника тигрица ты возможно влюбишься в меня
а на каких-то просто невероятное чмо господи упаси боже даже для мемов это слишком страшно
я просто не могу понять, где та тонкая грань перехода между этими сущностями и как же мне гармонировать и управлять ими

Плохо, когда не можешь заснуть. Хуже - когда проснуться. Juggy 10:56:48

play tricks on a mind

Закрываю глаза и продолжаю падать в неизвестность. К глотке подкатывает ком с металлическим вкусом и я захлебываюсь в собственной крови. За неимением воздуха начинает крутить изнутри, но тело не слушается, не могу ни сглотнуть, ни открыть рта, и открыть глаза, чтобы позволить темноте внутри слиться с той, что снаружи. Все идеи, мысли, слова, чувства - сейчас все стало тупой, возрастающей с каждой секундой болью, что норовит вырваться из грудной клетки, пробивая все на своем пути. В падении нет времени, нет ощущения времени, нет адекватности восприятия. Ты чувствуешь тяжесть собственного тела, потому что что-то продолжает тянуть тебя вниз.
- Я поймаю тебя.
Голос, оглушающий абсолютную тишину, эхом раздается то ли в сознании, то ли наяву. Ты не знаешь наверняка, потому что как можно? Что-то происходит и ты открываешь глаза. Секундная яркая вспышка ослепляет тебя, сменяется уже привычной темнотой. Ты продолжаешь падать, но теперь ощущаешь силу, тянущую тебя с каждым биением сердца все сильнее. Пульсирующая боль в висках и замедленное, такое невесомое биение сердца. Импульс, продолжающий прогонять кровь, темную густую жидкость по венам, чтобы ты смог просуществовать еще немного. Больше ты не живешь. Окруженный тьмой, тебе может показаться, будто ты в невесомости. Тяжесть ощущается легкостью, когда до момента, пока кровь не начинает выступать через крепко сжатую челюсть. Ты понимаешь, что больше не в состоянии ее удерживать и последние силы уходят на то, чтобы позволить себе открыть рот. Почему-то алая жидкость не падает тебе на лицо, заливая глаза. Она остается там, где ты был секунду, минуту назад. Почему она красная? А если черная, как и тьма вокруг? Ты просто знаешь, как когда-то знал и то, что тебя поймают.
- Я поймаю тебя.
Фраза, сказанная уже дважды, заставляет все вокруг замереть. Уходят остатки ощущений и ты снова не можешь двигаться, не можешь закрыть глаза, сжать челюсть. Ты не знаешь, сколько времени провел в подвешенном состоянии. Но вот ты снова падаешь. Возвращается боль, что-то давит на легкие с такой силой, что ты едва можешь дышать. Нужно ли вообще дышать? Ты не ощущаешь ни сопротивления, ни тяжести, ни металлического привкуса во рту. Ты не понимаешь, открыты твои глаза или закрыты.
Ты не знаешь, падаешь ты или нет.
Импульс, крайняя, мгновенная, острая боль пронзает все тело. Заполняет мысли, лишает рассудка. Тьма внутри тебя перестает быть таковой. В раз она обрушивает на тебя все гнусные, омерзительные мысли из твоей головы за долгое время. Вина, ошибки, предательство, боль, причиненная близкому человеку, ложь. Сейчас ты пропускаешь через себя все ужасное, что делал сам, за секунду. Ты больше не можешь дышать. Ты лишен сил закричать, чтобы хоть как-то выпустить собственный ужас. Ты не можешь его отпустить. Ты не можешь позволить себе забыться. Ты лишен этого права. Ты - тьма, растущая внутри тебя так долго, что ты уже не ходишь по лезвию. Ты сам стал лезвием, режущим каждого, кто делает шаг тебе навстречу. Ты уничтожил себя сам. Отнял то светлое, что когда-то подняло тебя с колен. Сам сплел веревки, стянувшие сгнившую кожу. Ты вырастил лезвие изнутри и уже ничего не сделать, чтобы затупить его края. Ты будешь жить с этим. Нет, не так. Существовать. Тебя уже не спасти.

Я открываю глаза.
Твое “ты мне нужен” рушит все стены, все барьеры вокруг. Сжимаю пальцы в кулак, чтобы понять, чувствую ли я на самом деле. Напряжение. Выходит - все по-настоящему. Ты - настоящий. Возможно, куда реальнее всего прочего сейчас. И это я поймаю тебя, слышишь? Даже если для этого упаду сам.

Закрываю глаза и продолжаю падать в неизвестность.
из старого (нет, это не эльфийский, это всего лишь белорусский язык) seаl 07:52:15
Адкрытыя сцежкi, закрытыя вокны
трымаюць у палоне
душу маю.
Я не разумею, як сэрца суцешыць
i як мне ўзняць
волю сваю.

Жыцця так жадаем, але не жывем.
Мы не палыхаем, мы icнуем.

Адкажы, куды бяжаць, калi зламаны крылы
i навокал толькi пустэча?

Ты ведаеш, кожны жадае спакою,
бяздзейнага шчасця
для вольнай душы,
але зразумеўшы,
што гэта такое,
полымя сэрца свайго зберажы.


Категории: Недопоэт, Музыка, Белорусское
понедельник, 10 декабря 2018 г.
. Emoutou 20:36:55
Сегодня закрыла зачет по элективным курсам. Ради этого пришлось перед небольшой аудиторией разыгрывать сценку, я даже не нервничала, лол. Просто кое-как отыграла. Думаю, это потому, что там были хоть какие-то знакомые лица в виде моих одногруппниц. Я рада, что я не лажанула и не протупила вроде как ни в чем. Шок.

- сдать возрождение;
- сдать средние века;
- сделать наброски скульптуры;
- сделать дз по скульптуре(животное­ и рельеф);
- доделать "классные" работы по скульптуре;
- написать один натюрморт по живописи;
- нарисовать голову Цезаря;
- сделать итоговую по пленэру;
- подготовиться к экзамену по живописи/рисунку/пс­ихо;
- оформить работы в паспарту;
- оформить итоговую работу в рамочку.
- нарисовать автопортрет на А3;
- и декоративный натюрморт.

­­
Что это вообще такое?! Дэнни Нортон 16:45:14

Графомания - штука серьёзная.
Диагноз прогрессирует, и теперь помимо сопливых стишков и не менее "умопомрачительных"­ заметок я строгаю весьма странные (но влюблённые!) четверостишия, основанные на локальных мемах...или просто чувствах.
Гасподь, я надеюсь, меня не забанят, я максимально возможно покрыла цензурой все уязвимые места, но если цензурить ЕЩЁ БОЛЬШЕ, то потеряется весь шарм.

ДА, Я ВЕРНУЛАСЬ!

(впрочем, надолго ли)

(никому это неинтересно)

___________________­___________________

Душа цветёт прыщами на лице!
И сердце растекается, как каша,
Когда ты говоришь мне громко: "САША!
Я MOTHERFUCKIN' ЖУК, А YOU BLYAT' GDE?!"
___________________­____________________­

Не надо говорить о том, что было.
О том, что будет, - тоже не пристало.
Позволь лишь лицезреть мне твоё рыло
И целовать любимое ebalo.

___________________­___________________

Мой лапусир - милейший мужик:
Свиду угрюм, но мягок внутри,
Он бы даже футболку такую* носил
И шагал бы с упругостью медных пружин.

(*с надписью "ЛАПУСИР")
Кишо Арима Ты с обречённым вздохом... Анж Дембери 10:18:53
 Кишо Арима


Ты с обречённым вздохом опустила голову, держа её на ёмкости стакана. В голове предательски слышался его голос, обволакивающий своей обманчивой мягкостью, следом обещание прийти, отыгранное в твоём воображение точь-в-точь как в тот день, будто ты слышала его слова прямо сейчас, наяву, не в потоке обидных мыслей. Ты мысленно повторяеешь его слова, искажая в своём воображении и перечёркивая чёрными линиями его приторную улыбку, ставшую в один момент отвратной.
"Обманщик! Лгун! Предатель! Как он мог так поступить со мной?! Никогда не прощу ему этого! Оставался бы и дальше со своим чёртовым Хайсе, а не вешал мне лапшу на уши. Никогда бы не подумала, что он такой ужасный и лживый человек!".
Перед глазами вертелся калейдоскоп теплившихся надежд, которые внезапно обратились разом в отвратительное ничто. В одно мгновение тебе стало противно от мысли, что ты потратила весь день на создание праздничной атмосферы для одного-единственног­о человека, который плюнул тебе в раскрывшуюся с трепетом душу, ожидавшую получить взаимность. Арима не пришёл на вечеринку в честь Рождества, задержавшись у Хайсе. Рядом с тобой были только Таке, Уи, Хаиру и дети из Нулевого отряда, но они не могли принести тебе радость.
Небо было чёрным, беззвёздным, пустым, как твоя душа. Изредка под его мрачным покрывалом пролетал холодный ветёр, нёсший за собой крупные хлопья снега, как это бывает в метель. По твоей коже будто прошёлся ледяной ток. Ты могла бы стоять вечность на улице, ища ответы в темноте, но было уже слишком холодно; ты понимала, что твой организм не выдержит такой нагрузки. Однако даже дома, где ютилось тепло от камина, ты всё равно чувствовала себя обнажённой на морозе. Но когда ты попыталась закрыть дверь без упования на то, что придёт кто-то ещё, твоя попытка окончилась поражением: ты наткнулась на сопротивление в виде чёрного ботинка, который держал дверь открытой. Подняв недоумённый взгляд на незванного гостя, ты опешила.
Неожиданное появление Аримы, о котором ты уже и не думала мечтать, повергло тебя в неописуемый шок. Опьянение саке частично улетучилось, будто его и не было. Вы неподвижно смотрели друг на друга, пока замеревшее на миг время не выпустило вас из своего течения. Обида, доселе пожиравшая тебя изнутри, противилась возгласу радости, трепеща от злости и желания влепить ему звонкую пощёчину за причинённые страдания. Сжатые кулаки горели, чтобы со всего размаха ударить его, стерев невинную улыбку с лица следователя, непредвещающую раскаяние за содеянное. Хотелось залиться слезами, кричать на него в истерике, обвинять его в своих страданиях, бить кулаками в грудь, вопя о том, что он глупый, эгоистичный и бесчувственный человек, который никогда не задумывался о твоих чувствах. Но вместе с тем, вопреки глубокой злости, ты чувствовала, как сердце готово было выскочить из груди. Как улыбка, заставившая тебя содрагнуться от презрения, одновременно вызвала перед твоими глазами цветные пятна и окатила тело жаром. Смешавшиеся в одно целое чувства подталкивали тебя с порывом ударить его, а затем тут же прильнуть к нему и пылко извиняться за содеянное, глася на весь дом о безграничной радости от его появления и о том, как он дорог тебе, как всё меркнет по сравнению с тем, что тебя окружает, как ты жалеешь о том, что посмела проклинать его в своих мыслях и прятать свою любовь за внезапно возникнувшей ненавистью. Но вместо того, чтобы поддаться противоречивым эмоциям, грозящим вырваться в нелепое представление, ты сдержанно улыбнулась.
- Ну приветик, Арима-сан. Я уже и не думала, что Вы придёте. Вообще, мы все отчаялись увидеть Вас здесь.
- Прости за опоздание, (Твоё имя), - он виновато улыбнулся. - Не думал, что настолько задержусь.
- Ох, ну если у Хайсе было настолько хорошо, то могли бы уж до конца задержаться, а не приходить сюда, - иронично сказала ты, не сумев унять бушующую ревность. Но следом молнией метнулись обвиняющие тебя длинном языке мысли, советующие утихнуть в этот долгожданный момент, который ты решила самостоятельно испортить своей грубостью.
Арима терпеливо вздохнул, прикрыв веки.
- Я ведь сдержал своё обещание, верно? Даже если бы я задержался ещё сильнее, я бы всё равно пришёл к тебе, потому что знаю, что для тебя это важно. Уверен, ты хорошо постаралась над подготовкой праздника, - он приподнёс эти слова, как утешение, как успокоительное - настолько сочувствующе и осторожно они звучали, будто он боялся выдать лишнее, что могло бы ещё больше пробудить агрессии в тебе.
- Настолько, что даже выгнала из своего дома пауков-долгожителей­, которым уже собиралась дать имена. Но наверняка Хайсе подготовился лучше, раз Вы отошли от эйфории пребывания там только сейчас, - продолжала разбрызгивать ядом, наполненной глубокой обидой, твоя уязвлённая гордость. Тебе хотелось ударить себя по губам, горящим в жажде высказать всё недовольство сложившейся ситуацией, но ты продолжала упрямо пепелить Ариму порицательным взглядом, которым ты пыталась склонить его к извинениям, длинною в твоё ожидание.
- (Твоё имя), успокойся, пожалуйста, - сдержанно попросил мужчина, несмотря на то, что внутри него кипело лёгкое раздражение. Но Кишо понимал, что твоя враждебность вполне оправдана, поэтому продолжал терпеть твои упрёки, позволяя выпустить пар. - Может, впустишь меня к себе домой? Разговаривать на улице не совсем удобно. Да и ты можешь простудиться.
- Что это? - ты приподняла бровь в напускном удивлении, криво усмехнувшись, и покорно отошла в сторону, пуская гостя внутрь. - Забота такая что ли? Я вроде бы не Сасаки, чтобы заслужить снисхождение самого Бога смерти.
Арима не сдержался от добродушного смешка, вызванного твоим ребяческим поведением. Он подошёл вплотную к твоей персоне, скрестившей руки на груди, отчаянно пытающейся не смотреть на него, и положил руку на твою макушку, по-отцовски погладив волосы широкой ладонью.
- Тебе не нужно быть Хайсе, чтобы заслужить моё снисхождение. Я всегда хорошо относился к тебе, (Твоё имя). И Хайсе не изменит моего отношения к тебе, сколько бы я не проводил с ним времени.
Вопреки тому, что ты пыталась строить из себя кусок льда, ты мгновенно растаяла и почти сразу же ответила на его ласку благоговейным и смущённым взглядом. Арима смотрел на тебя, как на дитя, но ты не находила в себе сил возмутиться по этому поводу или разозлиться на него. Прикосновение было коротким и невинным, но этого вполне хватило, чтобы мысли в голове спутались и заставили разум притупиться, оставив в голове лишь одну фразу-желание: "Хочу ещё...". Ты винила себя в том, что так легко поддаёшься на ласку мужчины, когда тебе стоило бы обидеться на него, но ничего не могла с собой поделать - организм, принимающий без всякой гордости его почти ничего незначащие прикосновения, предательски действовал против тебя.

...Ты глубоко вдохнула и сжала кулаки, впервые почувствов яростное волнение и попытавшись тут же с ним совладать. Тебе были раньше чужды подобные чувства, вместе с тем ты страшилась их, думая о том, что с ними ты бы чувствовала себя обнажённой, слабой и совсем уязвимой. Но только не в этот момент; подобные ощущения вызвали у тебя трепетную дрожь, прокатившуюся приятной волной по телу, ведь с Аримой ты чувствовала себя в безопасности, тебе нечего было бояться и страшиться, что он может воспользоваться твоей слабостью. Несмотря на дрожь и волнительное покусывание губ, твоя персона была настроена серьёзно. Возможно, то было влияние алкоголя, окончательно раскрепостившего тебя перед предметом воздыхания, либо подоспевшее время, знаменующее о том, что тебе пора раскрыть свои чувства перед Кишо. Прошло уже несколько часов, после которых гости изрядно выпили и уснули, и ты не стала исключением. Теперь, когда путь к возлюбленному свободен, пришла пора действовать.
- Ну как я Вам, Арима-сан? - выпалила ты отрепетированную речь, выйдя из-за ширмы. Ты демонстративно покружилась перед ним, и без того короткое платье высоко задралось, обнажив часть бедра.
- Слишком откровенно, - прямолинейно заявил следователь особого класса, смягчённо добавив: - Тебе стоит одевать более скромные наряды, (Твоё имя), иначе ты навлечёшь на себя беду.
- Я не нравлюсь Вам? - не обратив внимания на его последние слова, с долей обиды спросила ты, нервно теребя подол платья.
- Ты красива, - только и ответил без особых эмоций мужчина, как на автомате, будто желая удовлетворить твои потребности, а не высказать своё мнение.
- Как бабочка? - ты растянула губы в полупьяно-кокетливо­й улыбке и наклонила голову, представляя себя знойной соблазнительницей, искушённой в любовных утехах и обольщении, надеясь застать Кишо врасплох.
- Бабочка? - он недоумённо посмотрел в твои глаза, укутанные пеленой, и нервно хмыкнул. Твой вид не внушал доверия, а слова, опутанные неумелыми чарами, и вовсе напрягали Кишо.
Ты, несмотря на пошатывающуюся походку, старалась держать ровную осанку и проявлять изящность в движениях. Серьёзный настрой и непоколебимая решительность принесли свои плоды: твоя светлость, удачно огибая стоящие перед собой препятствия, смогла буквально вспорхнуть до седоволосого следователя и прильнуть к его груди.
- Вам ведь нравятся бабочки, да? Я видела, как Вы завороженно наблюдаете за ними. Хотела бы и я побыть бабочкой, чтобы почувствовать на себе этот взгляд... Я бы порхала, порхала и порхала над полем, пока Вам бы не надоело смотреть на меня. А, быть может, даже осмелилась бы сесть Вам на руку. Я бы сидела на Вашей тёплой ладони и умиротворённо бы махала крылышками, наслаждаясь Вашим взглядом. Я бы даже не обиделась, если бы Вы потом раздавили меня или оторвали крыло... Я бы умерла, зная, что перед этим принесла Вам эстетическое наслаждение, пока Вы любовались мной, - бормотала ты в опьянённом бреду, не разбирая смысл своих слов, всё крепче прижимаясь к Ариме, будто желая раствориться в нём.
- Не говори ерунды, (Твоё имя), - холоднокровно оборвал тебя мужчина и, взяв тебя за плечи, негрубо отдёрнул от себя. - Ты пьяна и не понимаешь, что говоришь. Лучше ложись спать, пока не стало хуже.
- Мне уже плохо, - нахмурившись, сказала ты, в ту же секунду сменив угрюмость на расслабленно-нежную­улыбку. - Плохо от того, как хорошо. Потому что Вы рядом. А ещё Вы так вкусно пахнете... Можно Вас съесть?
Ты снова навалилась на мужчину, придавив его своим телом к подоконнику, и, поднявшись на цыпочки, прильнула к его шее, попытавшись слабо укусить его. Но Арима вовремя оттолкнул от себя твою персону.
- Ну зачеееем? - капризно протянула ты, пошатываясь обратно к нему, как к магниту. - Дайте мне покушать, Аримааа-сааан...
- Салаты внизу, (Твоё имя), - очередной холодный тон и очередная холоднокровная попытка оттолкнуть тебя от своего тела на безопасное расстояние.
- А я мяско хочууу... Дайте мне Вас нежно покусать! Каннибализм - как проявление своеобразной любви, - хохотнула ты, запрокинув назад голову, как безумец из лечебной клиники. - Ооо, тогда получается, что все гули на самом деле любят нас! А мы, дураки, кричим, как резанные, когда нас едят... Всё же с любовью! А мы не понимаем их страстного порыва... Всё так просто! Надо всем рассказать, чтобы потом не убегали с воплями от гулей, когда те захотят признаться им в любви!
Воодушевившись своей идеей, ты сама отпрянула от Аримы и, глупо хихикая, неуклюже поплелась на нижний этаж. Но в голову будто внезапно ударило что-то тяжёлое размером с молот и ты, покачнувшись, полетела с воплем, напоминающим больше мышыный писк, на пол, пока тебя не подхватили за талию чужие руки.
- Ой-ой-ой... Живот! - застонала ты, чувствуя, как рука Кишо, обвившая твоё тело, непроизвольно сдавила желудок. Он убрал руку, поставив тебя снова на ноги, но ты ещё раз пошатнулась от головокружения и вновь упала в объятья Кишо. - Ммм, так тепло и уютно, как в кроватке... А Вы и вправду садист, Арима-сан, мне было так больно. Но кроватка из Вас хорошая... Можно я забронирую Вас на ночь? Обещаю сдерживать рвотные позывы, а если не сдержу, то обещаю, что не на лицо. А ещё Вы... Вы такой козёл, Арима-сан! - ты внезапно насупилась и легонько ударила его кулаком в грудь, вспоминая его всегда укоризненный взгляд платиновых глаз, остававшимися снисходительно холодными, даже когда ты пыталась улыбнуться ему. - Но знаете, я готова стать Вашей козой, готова простить Вам шашни с тем парнокопытным Хайсе, готова радостно скакать вместе с Вами по полям CCG... Ой, а о чём это я говорила минуту назад? Кажется, что-то про животных, ха-ха-ха... - ты блажённо рассмеялась и приблизилась к нему, опалив горячим дыханием его губы. Мужчина поморщился, почувствовав резкий запах перегара.
- Ложись спать, - тоном, не терпящим возражений и лишних вопросов, сказал хмуро Арима. Это был почти приказ, за нарушение которого обещало следовать жестокое наказание. Об этом будто строго твердил холод, сквозящий в его глазах, словно покрывшихся ледяной коркой.
Да, ты, пожалуй, могла сравнить его глаза с чем-то холодным. Со льдом, который охлаждал и одновременно болезненно обжигал, вызывая не то страх, не то приятный спазм по телу. Он, по-прежнему придерживая тебя за талию, вёл тебя к раскладному дивану. Буквально тащил, потому что ты, побеждённая слабостью, повисла на нём, прилипла, как банный лист, волоча ногами по полу, пока он не усадил тебя на мягкую обивку. Твоя персона с нелепым смехом взмахнула руками, едва ли не задев его щёку, и быстро рухнула на подушку, что-то сонливо бурча себе под нос. Решив, что ты уже больше не встанешь, Кишо поторопился покинуть твою комнату, чтобы не навлечь на себя беду. Как только он повернулся, в его кисть внезапно вцепились чужие пальцы, а за спиной вспорхнул по-детски лукавый смех.
- Арима-сан, пай-детку полагается поцеловать на ночь.
Ему стало не по себе. В твоём голосе дрожала и прорывалась какая-то дразнящая нотка, и это ему не нравилось. Он и раньше заметил, что твои глаза блестят слишком лихорадочно, но ему не хотелось давать тебе повод для раздражения, который потом выльется в пресследование его персоны и ругани. Если последнее совершенно не волновало его, то о первом он беспокоился; ты была слишком пьяна, чтобы сделать нормально даже один шаг. Он был уверен, что если не выполнит твою прихоть, ты обязательно погонишься за ним в своей манере и скатишься с лестницы, свернув себе шею. И также был бы не удивлён, если бы ты как ни в чём не бывало встала, раскинула руки в стороны и сказала бы, что с тобой всё в порядке, продолжив осыпать его ругательствами и обвинениями, мол, что это он заставил тебя переломать себе конечности. Ты была слишком проблемной, чтобы от тебя было так легко отделаться. Арима желал всей душой и себе, и твоей персоне покоя, поэтому ему пришлось поддаться на твою уловку.
- Хорошо, я поцелую. А ты после этого сразу ляжешь спать.
- Если у меня будет хорошее настроение, то буду ещё и похрапывать для Вас колыбельную, - ты растянула губы в чересчур широкой улыбке. - А Вы придёте ко мне в сон? Можете сразу в пошлый...
- Замолчи, пожалуйста, - Арима прикрыл глаза, пытаясь обуздать внутреннее раздражение.
- Как скажите, босс. Только подарите мне всё же на прощание поцелуй, - настояла ты, ведя указательным пальцем по подушке, почти осмысленным и очарованным взглядом рассматривая лицо Бога смерти.
По внезапно наступившей тишине Арима понял, что ты затаила дыхание. Твои глаза были по-прежнему устремлены на него, голова неподвижно покоилась на подушке. Ты лежала не шелохнувшись, и только твой взгляд, не отрываясь, следил за ним и не отпускал его.
"Только бы она не выкинула свои фокусы" - думал про себя Кишо с возрастающим чувством неловкости. Быстро нагнувшись, он слегка, почти невесомо дотронулся губами до твоего лба, ощутив на миг смутный цветочный аромат волос. Но тут твои руки, выжидающе лежавшие на вершине подушки, взметнулись и, прежде чем он успел уклониться, крепко обхватили его голову. Страстным порывистым движением ты притянула его к своему лицу, приоткрыв рот для долгожданного поцелуя. Ощутив на губах нечто гладкое, мягкое и тёплое, ты распахнула глаза, надеясь запечатлеть перед собой лицо возлюбленного. Перед тобой действительно оказался его лик: такой же прекрасный в свете луны, как и за столом, когда он слабо улыбался своим коллегам. Но он был далёк от тебя. На твоих губах оказалась его ладонь, остановившая тебя от соприкосновения с его устами. Ты, протрезвев на секунду, задрожала, ощутив укол стыда от неловкой ситуации. В его испытывающем взгляде сквозили удивление и тревога, но не порицание и отвращение, какое ты ожидала увидеть.
- Что ты делаешь, (Твоё имя)? - каким-то сочувствующим, тихим и грустным голосом спросил он.
- А на что это похоже? - бесцветным голосом задалась ответным вопросом ты. В твоём взгляде сквозила осмысленная решимость, которую Арима не сумел спутать с влиянием алкоголя. - Склоняю Вас к разврату, Арима-сан.
Понукаемая желанием, ты быстро приняла сидячее положение и снова потянулась к Кишо, пытаясь сломить его сопротивления. Но мужчина, ожидая подобного выпада, снова остановил тебя одним движением рук, уперевшихся в твои плечи.
- Не совершай ошибок, - серьёзным тоном сказал он. Таким тоном обычно говорят обеспокоенные родители или заботливые друзья. Ты поёжилась от его голоса. Твоя персона твёрдо знала, что делает всё правильно.
- Не мешайте мне совершать их, это моя жизнь.
Ты перехватила его руки, лежащие на твоих плечах, и резко потянула его на себя. Арима готов был признать, что твоя сила увеличилась в разы. Ваша борьба походила на несерьёзную перепалку брата и сестры в перетягивании какой-либо вещи. Он мог бы спокойно сопротивляться и дальше, но ты применила хитрую уловку: подставила ему подножку, из-за чего тот покачнулся, невольно усевшись на диван. Воспользовавшись моментом, ты встала со своего места и, уперев руки в грудь Аримы, который поспешил подняться на ноги, грубо усадила его обратно, применив всю свою физическую силу на нём, и вероломно оседлала его колени.
- Слезь, - потребовал он сдержанным голосом, несмотря на то, что эта ситуации требовала грубости. Он по-прежнему оставался спокойным и холоднокровным, по-прежнему испытующе смотрел в твои пьяные глаза, чувствуя лишь внутренний дискомфорт.
- Неа, - к твоему голосу снова вернулись беззаботно-игривые нотки, когда ты ощутила вкус маленькой победы над ним. - Платите натурой.
- Прекрати. Ты пьяна и отвратительно себя ведёшь. Что о тебе подумают другие следователи, узнав, что ты тут устроила?
- Мне не важно их мнение, - ты отрицательно замотала головой и громко фыркнула, демонстрируя глубокое безразличие по отношению к другим личностям. Никто не волновал тебя, кроме Кишо. Ты откинула в сторону волосы, ниспадающие на плечах, обнажив шею, и запрокинула её, будто предлагая ему всю себя без остатка. Мимолётный соблазняющий манёвр был сменён твоим приближением к его напряжённому лицу. Ты томно выдохнула следующие слова ему в губы: - Важно только Ваше, Арима-сан. Я же... я же люблю Вас...
Ты внезапно начала трястись: веселье было сменено неожиданной грустью. Ты хоть и удачно позиционировала себя довольно самостоятельной и не лишённой характера личностью, всё больше представлялась ему хрупким созданием, нуждающимся в опеке и заботе. Ты походила на экзотический цветок, который внезапно оказался в суровых климатических условиях, не щадящих слабых и неприспособленных. Со слезами на глазах ты казалась ему невероятно слабой и нежной, отчего ему, пропитавшись жалостью к тебе, захотелось защитить твою личность от жестокого мира, уберечь остатки твоей глубинной невинности и хрупкости. Кишо буквально физически ощущал, как возникнувшее желание подчасту сметало его хвалённую выдержку и толкает к действию, заведомо обрекающего его на дальнейшую неопределённость в ваших отношениях. Он не хотел отвечать тебе взаимностью, потому что знал, что это счастье продлится совсем недолго. Он не хотел наблюдать с неба за твоими бесконечными рыданиями. Но...
- Хорошо. Мы проведём с тобой эту единственую ночь вместе, но только с одним условием: ты забудешь обо мне. Больше не будешь бегать и просить о любви. Забудешь всё так, будто между нами ничего никогда не было, и только тогда я выполню твоё желание.
И плевать. Хотелось наплевать на дальнейшие последствия, потому что пока он был рядом с тобой, ничего больше не имело значение. Ты жила сегодняшними минутами, а о туманном будущем не хотела думать, как если бы следователь особого класса не говорил тебе таких жестоких слов, от которых сердце облилось кровью.
- Я согласна, - заколдованно шепчешь ты и, боясь потратить хоть одну секунду на бесполезные разговоры, захваченно потянулась к его губам, повалив любимого мужчину на лопатки и нетерпеливо срывая с него рубашку, которая казалась особенно лишней в этом слиянии.
Неистово покрывая жаркими поцелуями его оголённую грудь, ты молила, чтобы сегодняшняя ночь никогда не заканчивалась.








воскресенье, 9 декабря 2018 г.
75 SiltStrider 19:19:00
­­

ДНЕВНИК ПЛОТИ

Бесполезные размышления

(...)

Именно в этот момент, когда моя душа была обнажена и чиста, ко мне пришло озарение. И как в случае со всеми, осмелюсь сказать, религиозными откровениями, когда я пришла в чувство, мне осталось лишь ускользающее воспоминание о высшем знании, похожее на обгорелый пергамент, на котором сохранились лишь обрывочные смазанные фрагменты некогда написанных слов мудрости.

Чем сильнее я пытаюсь вспомнить это пришедшее знание, тем дальше оно ускользает от меня. Суть сохранившегося в следующем:

Боль — это сила, которая очищает, облагораживает и возвышает. Это Пламя, выжигающее примеси и исправляющее несовершенства.

Смерть — не признак слабости, так же как телосложение — не признак силы. Это то, что происходит с душой, когда она попадает в Пламя, уничтожающее людскую храбрость.

Обладающих внутренней силой Пламя Боли перековывает в оружие разрушительной остроты. Недостойных и слабых Его жар обращает во мрак и безжизненный пепел.
Вот так это звучит при всей своей непостижимости — немало для бесполезного дня. Надеюсь, завтра нас ждут более продуктивные эксперименты.

Литургия пристрастия к боли. Аниас Гейл

(...)

Все люди, включая тебя, считают, что боли надо избегать. Прятаться от нее. Страшиться. Через мои страдания и нечувствительность,­ что лишает меня способности ощущать ее, я могу сказать тебе: боль есть обычный фактор человеческого существования. Она дает нам возможность чувствовать - ценить временное убежище, занимаемое нашим духом. Боль есть величайший дар богов, когда либо данный смертным.

И ныне, когда я передаю тебе эту историю руками писца, я есть лишь обрубок человека, опутанный протекающими повязками, неспособный вновь познать наслаждение. Однако у меня есть еще одна мысль, которой хочу поделиться с тобой: прими себя таким, каков ты есть.

Слава лорду Шеогорату, ибо он открыл мне глаза.

Музыка Depeche Mode - If you want
Категории: By Coupleofkooks, Art, Шеогорат, Бесполезные размышления, Литургия пристрастия к боли, Аниас Гейл
показать предыдущие комментарии (26)
13:19:53 SiltStrider
В средних классах: Лукизм? Какой лукизм? Я просто не воспринимаю всерьёз людей, которые не подходят под мои внешние хотелки, и длясибя трачу часы для рисования лица на своём лице В старших классах: Стандарты человеческой красоты аморальны, изменчивы, субъективны и беспочвенны, нечего тюкать ими...
еще...
В средних классах: Лукизм? Какой лукизм? Я просто не воспринимаю всерьёз людей, которые не подходят под мои внешние хотелки, и длясибя трачу часы для рисования лица на своём лице
В старших классах: Стандарты человеческой красоты аморальны, изменчивы, субъективны и беспочвенны, нечего тюкать ими людей
После школы: Ну, лукизм — проблема, да, я поддерживаю бпщиков/щиц, они умнички, а ещё объективация — слишком распространённая фигня, но приходится приспосабливаться, соррян, сеструни
Сейчас: Внешность? Что такое внешность? Зачем она? Она реальна? Мы реальны? А вдруг мы во сне? Ахах, со мной всё в порядке, не переживайте
22:12:32 SiltStrider
Я встречаю это так часто, что пора заводить отдельный хештег i17.beon.ru/31/55/2285531/74/128481374/0.png #хачювнимания Я не хочу идти к психотерапевтам. Она имеет психологическое образование. Мэдли